Поучительная анимация «История игрушек 5»: куклы или гаджеты?

Оценка автора: 7 из 10

Один из главных семейных релизов лета – пятая часть долгоиграющей франшизы «История игрушек». Причём слово «семейный» здесь подходит не только с точки зрения смыслового наполнения картины. Тем, кто смотрел первый мультфильм, будучи ребёнком, сейчас должно быть за тридцать, и они сами могли уже обзавестись детьми. А «История игрушек» старается не терять в актуальности, и то, что это удаётся, подтверждают кассовые сборы.

Первая «История игрушек» вышла – страшно представить, я аж перепроверил – в 1995 году. Это лента стала революционной для анимации, на её успехе во многом был построен и успех студии Pixar, позже приобретённой Disney. Со времени появления предыдущей, четвёртой части прошло семь лет, и, казалось, пятая не сможет быть столь же интересна публике. Но нет – сборы по миру превысили 870 миллионов долларов, и возможно, удастся преодолеть и миллиардную отметку. Причина популярности мультфильма, на мой взгляд, в том, что он затрагивает важный вопрос засилия гаджетов и проблему поиска друзей среди современных детей, при этом не занимаясь нравоучениями.

Девочка Бонни, которой досталась большая часть бывших игрушек Энди, продолжает играть с ними, пока практически все её сверстники переключились на планшеты, смартфоны, приложения и соцсети. Родители Бонни, видя, что ей тяжело найти общий язык с другими детьми, решают подарить ей модный планшет Lilypad. Ситуация вроде бы налаживается, но, стремясь не выбиваться из общего строя, Бонни забрасывает «аналоговые» игрушки и впадает в зависимость от планшета. Видя, что происходит, Джесси, Базз Лайтер и остальные решают вызвать на помощь Вуди.

При просмотре трейлера возникала тревога, что авторы пятой «Истории игрушек», прежде всего, режиссёр и сценарист Эндрю Стэнтон, работавший и над оригинальным мультфильмом, и над «В поисках Немо» с «Корпорацией монстров», впадут в морализаторство, которое свойственно взрослым кинематографистам, когда они начинают проявлять заботу о будущем новых поколений. «А вот в наше время…», «Люди перестали говорить друг с другом, уткнувшись в экраны», «Настоящее общение только живое» и так далее. Грань между тем, чтобы обозначить проблему, и не утонуть в её «единственно верном» решении, очень тонка. Команде «Истории игрушек 5» удаётся пройти по ней и найти компромисс.

При этом у создателей картины получается ещё и совсем сложный трюк: здесь нет однозначного антагониста. Выглядящая злодейкой Lilypad совершает собственную внутреннюю трансформацию, хотя вроде бы «чёрствая железка» не должна быть на неё способна, но, как и другие игрушки, планшет оказывается действительно живым – рефлексирующим и развивающимся.

Кроме того, в отличие от предыдущих частей, в пятой главной героиней оказывается Джесси. Базз Лайтер отходит на второй план, что подчёркивается отдельной сюжетной линией с десятками его более высокотехнологичных «наследников». А Вуди здесь вообще, по большому счёту, не нужен. Он приходит по первому зову, но больше ради ностальгии у нынешних взрослых, и никаких серьёзных функций не выполняет. Всё крутится вокруг Джесси, её прошлого, взаимоотношений с Бонни и попыток не дать цифровому миру засосать девочку.

Где-то это сделано хорошо, где-то вызывает вопросы, но главное, повторюсь, что в финале авторы приходят к закономерному выводу: да, любимые игрушки и живое общение забрасывать нельзя, но и без того, чтобы следить за новинками, знать, чем увлекаются твои одноклассники и соседи, тоже никуда. Любой, у кого есть дети, видел, как легко сейчас они находят общий язык, если играют в одни и те же интернет-хиты, будь то Minecraft, Brawl Stars или Roblox или что-либо ещё. Насколько крепка будет такая дружба, отдельный вопрос, который в «Истории игрушек 5» тоже поднимается.

Дополнительный плюсик надо поставить за техническое исполнение картины. Невероятный уровень анимации, который сопровождён ещё и фантазийными живописными моментами, как, например, в сценах воображаемых игр. Наверное, пересматривая сейчас первую «Историю игрушек» тридцатилетней давности, будешь испытывать странные ощущения.