Боль и слава Антонио Бандераса

Сегодня выдающемуся актеру Антонио Бандерасу исполняется 65 лет. Цифра еще не настолько ужасающая — пока не патриарх, но тоже солидная. Даже странно, что вечно молодой Бандерас дожил до жизни таковой. 

В своем роде Бандерас, конечно, мистер Совершенство: красив, танцует как бог (отрывок из фильма «Держи ритм», где он дал жару, профессионально исполнив танго, до сих пор популярен в Сети), разнообразно талантлив, и как бизнесмен в том числе, узнаваем, до сих пор на плаву и прочее. Ну и Голливуд победил, чего уж там: такие умения для европейского актера особенно высоко ценятся, ибо обеспечивают звезде «местного» масштаба всесветную популярность. 

Хм… Скажем, Ален Делон, звезда мирового уровня, так и не стяжал успеха в Америке, хотя похвалялся, что заставит её плакать от восторга: ну так и что? Тот самый случай (довольно редкий, кстати), когда провал обернулся судьбоносной удачей, как это ни смешно. Ибо, проиграв там, Делон состоялся как символ европейского мифа, триумф мужской красоты,  таланта, аристократизма: играть второстепенных ковбоев ему было совершенно ни к чему. Вернулся он оттуда, как говорится, на щите, зато сокрушался недолго.

С Бандерасом другая история, он-то Голливуд вполне себе освоил, чуть ли не под уздцы взял, прославился, поднял свою цену на беспощадном рынке звезд, в бешеном соревновании, выиграв и чисто материально.

Но, несмотря на блестящую международную карьеру,  он всё же остаётся никем иным, как частью мифа Испании. И конкретно — мифа Альмодовара, великого режиссера-новатора, первого постмодерниста мирового кино, и конкретно — кино испанского.

После падения франкистского режима испанское кино в лице Альмодовара, нового гения места, обрело, что называется, плоть и кровь. В фильмах маэстро уже ранние работы Бандераса, с виду несколько «наивного», в чьем простодушии, правда, крылась тайная угроза, вошли в историю мирового кино в качестве эталонных: это вам не Зорро, берите выше. Для культуры (если она еще актуальна, простите за исторический пессимизм) «Закон желания» или «Свяжи меня», где Бандерас играет маргиналов —  пусть и неоднозначных, сложных, как многое в этом мире, —  важнее именно эти картины, нежели коммерческие. Пусть и успешные, но плоские, скорее подростковые, снижающие искусство кино до уровня развлечения. Интересно при этом, что и у Альмодовара присутствует условно «коммерческий» элемент: это чуть ли не детективы («Закон желания» так уж точно), где происходящее держит зрителя  в тонусе, в страхе и ожидании, что там будет дальше и чем разрешится. И это несмотря на перемороченный сюжет, пародирующий мыльные оперы: только Альмодовар, единственный во всем мире, может смотреть на мир издевательски смешно и в то же время трагично.  

Хитроумный маэстро, автор весьма изощрённый, одновременно играющий на десяти, не меньше, «инструментах», где в форме китча и мелодрамы, чуть ли не сериального «мыла» он может сказать о насущном. О любви и смерти, предстающих в его интерпретации как игра на понижение. И, заметьте, зовет на главные роли именно Бандераса — видимо, как выразителя своих идей, не меньше. Один —  гей и убийца, убравший с дороги соперника (в «Законе желания»), другой — отмотавший срок мелкий правонарушитель, маниакально преследующий порноактрису.  Которую, как видно из названия, таки свяжет, ворвавшись к ней в дом. И сделает это потому, что всерьез её… полюбил. Виктория Абриль, еще одна муза Альмодовара, открывшего миру целую команду блистательных испанских актрис, играет как раз эту связанную, поначалу испуганную и сопротивляющуюся. Потом, как это ни смешно, она и сама влюбится в своего похитителя и попросит о том, что и вынесено в заголовок фильма. То есть —  внимание!  — если в американском кино жертву либо развяжут и спасут, а преступника либо пристрелят,  либо закроют лет эдак на 20, то у Альмодовара всё закончится к полному благорастворению воздухов: то бишь полному согласию недавно противодействующих сторон. Смешно.  

…Бандерас вернется к Альмодовару не скоро, через годы и годы: «Боль и слава», один из итоговых фильмов маэстро (хотя он до сих пор снимает), где его бывший фаворит сыграет альтер эго самого Альмодовара, станет чуть ли не культовым, получив 53 (!) премии. Хотя оба они, знаменитый актер и великий режиссер, уже будто подводят итоги насыщенной событиями жизни: итоги же, как вы понимаете, всегда неутешительны, даже если ты не бомж, а всемирная знаменитость…

В этом возвращении (в 2010-м, правда, Бандерас уже вновь, после перерыва, снялся у своего Пигмалиона,  двадцати лет разлуки как ни бывало) есть своя элегическая печаль: одному уже 60, другому – за 70…

Но в заокеанском вояже нового испанского гения перевоплощения (есть еще и Хавьер Бардем, на девять лет моложе, тоже актер выдающийся) есть свои достижения, роли у Родригеса. И в «Отчаянном», и особенно в одной из новелл альманаха «Четыре комнаты», где Бандерас мастерски пародирует и старый Голливуд, поднимая бровь а ля Кларк Гейбл, и мафиозный стиль. Одним словом, там, где есть ирония, где побывал, скажем, Тарантино, там и кипит жизнь.

Чего не скажешь об «Эвите», популярность которой, как ни странно, зашкаливала: Мадонна за эту роль, как известно, получила «Золотой глобус», а режиссером выступил не последний человек в этой профессии, а именно Алан Паркер, автор, напоминаю, культового, как сейчас говорят, «Сердца ангела». Этот сложнопостановочный мюзикл, предмет гордости Мадонны и мегаломанский проект с марксисткой подоплекой (якобы Эва Перон стояла за права бедных, хотя там всё не так просто) стяжал славу и сверхприбыли, Бандерас в роли рассказчика тоже себя не посрамил (собственно, у него и нет больших проигрышей) – ну и слава богу, как говорится.

Однако всего лучше у Бандераса, умеющего работать и в коммерческом, и в авторском кино с одинаковым блеском, получаются роли, для его имиджа испанского мачо непривычные. Как, скажем, у Вуди Аллена в фильме «Ты встретишь таинственного незнакомца». Вообще когда актеры с размахом, имеющие репутацию сердцеедов и секс-символов, изображают закомплексованных интеллигентов или, наоборот,  парвеню, их актерские умения легко вписываются в сложную драматургию режиссеров-интеллектуалов. 

Вот и Бандерас, несмотря на его обширную фильмографию, где шедевров не так уж много, актёр именно что интеллектуальный.  А не нафабренный красавчик с обложки журнала, не принадлежность голливудского истеблишмента, эдакий небожитель.