«Кремлёвский волшебник» и «Дом динамита» – фильмы про президентов России и США

Среди громких эскапистских премьер 82-го Венецианского кинофестиваля таких, как «Джей Келли» или «Франкенштейн», затесалось несколько политических триллеров. Речь о новой работе Кэтрин Бигелоу «Дом динамита» про ядерную ракету, направленную неизвестным противником в сторону Чикаго, и картине Оливье Ассайаса «Кремлёвский волшебник» про вымышленного политтехнолога, работавшего с Владимиром Путиным с конца 1990-х. Обе ленты пытаются донести зрителю важные мысли об устройстве мира. Однако в попытках сделать громкое высказывание постановщики забывают о других составляющих хорошего кино.

«Кремлёвский волшебник»

Картина французского режиссёра Оливье Ассайаса про современную Россию является адаптацией одноимённой книги Эмманюэля Каррера 2022 года. Главный герой – вымышленный политтехнолог Вадим Баранов, образ которого, тем не менее, основан на бывшем помощнике президента РФ Владиславе Суркове. И хотя создатели утверждают, что образ Баранова собирательный, слишком много фактов биографии персонажа совпадают с его прототипом: начало карьеры в медиа, список занимаемых должностей, любовь к литературе и даже знаменитая фраза Суркова про «политический «Оскар» после наложения на него международных санкций. Всё это присутствует в фильме и вместе с этим есть достаточное количество вымысла, из-за чего решение оставить вымышленное имя из книги выглядит вполне логичным.

Баранов выступает как в роли нарратора, так и главного героя. Именно он является тем самым «кремлёвским волшебником», способным творить чудеса и решать любые проблемы, начиная от победы на выборах и заканчивая организацией Олимпиады в Сочи. Его заявляют, как выверенного героя, способного находить общий язык с олигархами, политиками, маргинальными группами и простыми рабочими. Однако дальше заявлений сценарий никуда не уходит.

Первые главы фильма посвящены детству Баранова и его молодости, которая проходила в «лихие 90-е» с новыми русскими и неким подобием демократии. Именно в этот турбулентный период герой живёт жизнью настоящего интеллигента, предпочитая маленькие квартирники и дискуссии о литературе вечеринкам в клубе. Он беден, но счастлив со своей девушкой Ксенией в то время, как с улицы то и дело доносятся звуки выстрелов и подрыва машины очередного бандита. Тем не менее новый порядок настигает Вадима: Ксения уходит к более перспективному мужчине, а высокопарные беседы уже не привлекают людей. И он адаптируется к новому времени, сначала получая крупную должность на телеканале, а затем знакомясь с олигархом Борисом Березовским.

В течение фильма зрителей будет ожидать ещё много «камео» реальных политических и социальных деятелей, начиная от Бориса Ельцина и Гарри Каспарова, заканчивая Эдуардом Лимоновым и Евгением Пригожиным. Однако главная встреча у Баранова происходит с Владимиром Путиным, которого сыграл Джуд Лоу.

Примерно с этого момента сюжет фильма превращается из истории мастермайнда Баранова в визуализированную версию страницы «Википедии». Если период 1990-х представляет из себя историю несложившейся любви Вадима и Ксении, то начиная с 2000-х у героя пропадает какая-либо субъектность. Вместо этого он становится наблюдателем, проживающем ряд важных исторических событий: вторая Чеченская война, оранжевая революция, переизбрания Путина, Олимпиада. В каждом эпизоде Оливье Ассайас пытается показать выдающиеся способности Баранова, но его роль из раза в раз оказывается, скорее, пассивной. Из-за сценария, будто сотканного из ряда исторических справок, в «Кремлёвском волшебнике» остаётся не за чем следить.

Слабый сценарий можно объяснить желанием постановщика донести до зрителя идею об ужасе структуры власти в современной России. Ассайас говорит, что победа Путина на выборах 2000 года – это детально проработанная схема. Точно также все дальнейшие политические события являются частью большой игры Баранова, но сама игра при этом не раскрывается). Также Ассайас подчёркивает, что все фигуры, решившие пойти против Путина, были убиты. К примеру, смерти Березовского уделяется целый сегмент фильма.

От этих двух идей, заложенных в картину, можно понять, что Путина следует бояться. А харизматичная игра Джуда Лоу лишь усиливает эффект. Однако непонятно, зачем такое кино про всесильного президента вообще нужно снимать, особенно для западного зрителя? Но, что интересно, западные критики оказались от «Кремлёвского волшебника» в восторге.

«Дом динамита»

Похожими вопросами можно задаться и во время просмотра картины Кэтрин Бигелоу, известной своей любовью к военному кино. «Дом динамита» посвящён выпуску ядерной ракеты по США и реакции властей на происходящее. Враг неизвестен. На нервах оказываются абсолютно все – от обслуживающего персонала Пентагона до президента. На то, чтобы устранить угрозу, есть около 20 минут. Однако фильм растягивает происходящее до двух часов, показывая события с перспектив всех вовлечённых сотрудников спецслужб и правительства. Главный посыл в том, что, несмотря на тысячелетия развития цивилизации, технологий и методов дипломатии, мы всё так же остаёмся обезьяной с гранатой, живущей в доме, наполненном динамитом.

Как и в случае с «Кремлёвским волшебником», фильм Бигелоу был встречен позитивной реакцией американских критиков. В то же время зрители из других стран отнеслись к ленте холоднее. Во многом это связано с самой идеей о вымышленной войне, направленной против США. Когда по всему миру и так идут реальные войны, ежедневно уносящие жизни тысяч людей, наблюдать за гипотетическим сценарием об исчезновении Чикаго и начале ядерного апокалипсиса может быть, конечно, интересно, но вряд ли с сопереживанием.

Кроме простой идеи о том, что все мы (и даже вымышленный президент США) – люди, способные на ошибки, Бигелоу и сценарист Ноа Оппенхайм не могут сказать ничего внятного. Они пытаются показать человеческую сторону каждого из героев, но всё сводится к банальным фразам о детях и семьях, которые могут умереть, если ракету не остановить. Авторы хотят обратить внимание на несовершенство протоколов и неспособность быть готовым к реальной ядерной войне. Но эти попытки выглядят, скорее, комично и напоминают непреднамеренную пародию на сатирическую картину «Доктор Стрейнджлав» Стенли Кубрика.

Наконец, Бигелоу названием фильма подвергает сомнению целесообразность производства ядерного оружия, сравнивая его с динамитом, которым люди набивают свой дом. Но во всём этом чувствуется некая фальшь и вторичность. Если же убрать политическую подоплёку, то остаётся в меру напряжённый, в меру незатейливый боевик от Netflix.

Подытоживая, фильмы Ассайаса и Бигелоу получили позитивную реакцию американской аудитории, в первую очередь, из-за того, что бьют по актуальным темам. Они раскрывают главные страхи сегодняшней Америки, при этом не задумываясь ни о реалистичности, ни о взгляде человека, живущего вне США, которому эти истории могут показаться как минимум наивными, а как максимум – оскорбительными.